numach (numach) wrote,
numach
numach

Categories:

Через пороги Подкаменной Тунгуски (1993 г) 2-я часть

Продолжение. Начало тут.

Нас ждал ворог Мучной. Мы тщательно уложили все вещи и решили: снова пойдём без разведки. Слева горы Мучные. Чуть прижимаемся к левому берегу, держась почти посередине. Очень хотелось сделать кадр прямо в пороге - уж больно высоки и кучерявы эти волны. Да и скалы хороши. Приготовил аппарат, но, едва подошли к первой полосе бурунов, отбросил его на колени. Уже не до съёмок, обе руки нужны. Скорость падающей воды бешеная. Байдарка очень послушна. Она чутко отзывается на любое движение, и я её понимаю. В какие-то моменты кажется, что я и судно - одно целое. Весла как продолжения рук, сама «Гига» как продолжение ног.
Грибы

В тайге
Скорость завораживает. В лицо упруго бьет водяная пыль. Стихия безумствует, бушует. Вода, мощно ударяясь о камни, поднимается на полтора метра, а то и выше. Это встречный вал. Байдарка наезжает на пульсирующий вал, корма и нос при этом зависают в воздухе, затем соскальзывает с его крутого бока и забирается на следующий. Сильными толчками помогаю ей взобраться на горб. Перевалили!
- Выключайся, Костян! Прошли!
Костя оборачивается, сверкающе смеётся и потрясает в воздухе веслом. Победа, дескать...
Порог Мучной тянул на вторую категорию сложности, а мы проскочили его играючи. А вот шивера Бугарская, наоборот. Всего-то один ряд бурунов, а прохода между ними не видно.
Поднялся встречный ветер. Тунгуска вздыбилась. Серые волны настойчиво, нудно били байдарку в нос, откидывали назад. Небо затянуло, стало темно. Разразилась гроза. Молнии били где-то недалеко, вслед за вспышкой сразу следовал трескучий удар, от которого иной раз уши закладывало. Проливной дождь лил уже часа два, когда мы увидели завораживающее зрелище: молния ударила в лиственницу, стоящую на берегу. Дерево вспыхнуло моментально, будто облитое бензином! Причем оно загорелось сразу на всем пространстве - от корней до макушки. Таинственный сумрак, яркие короткие вспышки, гулкий грохот и пылающий факел высотой с десятиэтажный дом. От факела до байдарки протянулась дорожка пляшущих бликов. Красные отсветы на черной воде были рябыми - из-за дождя... Фантастическая картина.
На высоком берегу, возле ручья Сирикакта, видим аккуратно сложенную избушку. Причаливаем. Сеет мелкий дождик. По таежным меркам, избушка большая, даже шикарная. Совершенно сухая, печка целая, стол и нары, на полке старые журналы лежат. Мы подмели пол и расположились. Единственное неудобство - в избе полно комаров и прочих ненужных насекомых.
- А ведь с этим гнусом мы не заснём, - заметил Костя с тревогой.
- Спокойно! Я знаю способ, как напрочь избавиться от любых насекомых. Называется он дымовушка...
Растопил печь. Когда жара стало достаточно, принес охапку мокрой травы.
- Сейчас, Костя, тут будет дымно. Придется нам немного погулять.
- Купаться пойдём!
Мы разделись. Сунули в печку мокрую траву, закрыли дверцу, выскочили наружу. Мелкий дождь не мешает комарам и мошкам летать и кусаться. Поэтому мы не мешкаем: бегом по тропинке, бултых в воду. Выскакиваем из реки синие и довольные.
- Скорее в избу! - лязгает зубами Костя. - Там тепло!
- Бегом!
Мы подбежали к жилищу, распахнули дверь... а оттуда такие клубы белого дыма! Костя шагнул за порог и тут же, ошеломлённый, выскочил наружу:
- Там невозможно!
- Ладно, переждём...
- Ничего себе, картинка! - вдруг хохочет Костя. - Такого я даже в кино не видел!
- Ты о чём?
- А ты на нас посмотри! Два голых мужика стоят возле тёплой избы, мёрзнут и кормят комаров! Это когда руку страшно гнусу подставить... Вот умора!
Как хорошо, думаю, что у человека есть чувство юмора! Однако, как бы не быть сожранными… Захожу в избу, пригнувшись. Белая пелена дыма занимала верхнюю часть помещения, а граница, довольно чёткая, проходила как раз на уровне нар. Лёг на нары, кричу:
- Заходи на четвереньках! На нарах можно дышать! И дверь закрывай!
Когда дым рассеялся окончательно, мы обнаружили, что пол и стол усеяны слоем насекомых. Теперь можно и жить. Дождь задержал нас в избе на три дня, но мы об этом не жалели. Каждый день я отправлялся в тайгу за дарами природы: кедровые шишки, грибы, душистые листья черной смородины, ягоды голубики и красной смородины. А главной радостью была находка огромного агата. Он весил килограммов восемь, и я долго колебался - брать ли с собой такую тяжесть? Ведь перед нами самый трудный порог, Большой, там каждый лишний грамм может оказаться роковым. Но любовь к камням взяла своё… Иризирующий агат вообще встречается редко, а таких крупных экземпляров я даже в музеях не видел.
Дождь мелкий. И погулять не выпускает, и уровень воды не поднимает. Зато холод собачий... Наконец, тучи убежали.  В байдарку!
- Река слева - Дягдагли.
- Уже было! - отзывается памятливый Костя.
- Что было?..
- Ну, вот это… которое ты произнес.  Речка.
- А-а. То была Большая Дягдагли, а это обычная.
- Неужели ещё и Малая будет? Язык вывихнешь!
Легко прошли шиверу Царская. Миновали речку Малая Уксиктэ и ручей Хороший. Как радовался мой товарищ, что мог без тренировки выговорить это название.

Скалистые берега

…Мы наловчились ставить палатку на открытом месте - там гнус сдувало ветром. Выискивали большую отмель или даже низкий островок посреди реки. Главное, чтобы камень большой был - чтобы установить котелок.
Быстро научились дифференцировать кровососущих. Мокрец - самые мелкие твари, почти как точки. Лезут в рот, в нос, в глаза, в сапоги. Мокрец сам по себе достаточно противное явление. Но когда он действует вкупе с другими кусаками, так на их фоне кажется безобидным!  Мошка выедает целые кусочки кожи, оставляя кровоточащую ямку. Хорошо хоть, что мошка летает одиночными особями, а не тучей, как мокрец. Комаров тут два вида, судя по нашим наблюдениям. Один - обычный. Звонко пищит, прицеливаясь, выбирая место повкуснее. Кусается не слишком больно, словом, нормальный комар. А вот второй вид мы условно назвали тунгусским комаром. Это настоящий зверь. Внезапно появляясь из неизвестности, он моментально, не целясь, впивается в кожу, вызывая неповторимые ощущения. Тунгусских комаров уместно сравнить с градом стрел: действуют мгновенно и весьма ощутимо.
Собираясь за дровами, я надевал на себя всю, абсолютно всю! имеющуюся одежду. Даже если было жарко. Для работы с горячим котелком у нас была верхонка. Так и эту верхонку надевал, чтобы хоть одну руку защитить. Тщательно застегиваюсь на все пуговицы и молнии. Натягиваю шапочку на уши. Издали присматриваю подходящие дровины. Чем ближе к лесу, тем громче звон, тем яростнее атаки. Ещё не подошел, а уже приходится прищуриваться: полез мокрец в глаза. Кладу веревочку на гальку, обязательно на ровное место, чтобы потом не зацепиться хворостиной за какой-нибудь корень, не задержаться бы здесь на лишнюю секунду. Началось. Быстрыми движениями хватаю дровины, стараясь выбирать одного типоразмера, чтобы удобнее было увязывать. Хорошо, хоть плавника после паводка навалом! Гнус пирует, жалит в лицо, в руку, прокусывает насквозь шапочку, темечко уже нестерпимо зудит... уши, уши горят! Шапочка съехала, открыв врагу беззащитные нежные уши. Лишь бы не отвлекаться на бессмысленные шлепки по шее, по щекам: все равно их не перебить, их же тучи, а вот время потеряешь. Надо терпеть. Ладно, хвороста хватит и на ужин, и на просушку одежды. Быстро обвязываю, взваливаю на спину и спешу к палатке. За мной тянется целый шлейф гнуса! Но постепенно он редеет. Ветром его вообще сразу сдувает. Вот только ветер к вечеру, как правило, стихает.
Однажды набрал я так два вороха всяких сучков, тащу их к верёвочке и думаю: что бы это значило, почему моей левой руке так больно? Правая в верхонке, её не так сильно кусают. Но боль в левой руке нельзя объяснить только гнусом. Словно тысячу иголок вонзили. И не посмотреть, дурацкие сучки торчат и мешают. Но боль все же заставила как-то изогнуть шею. Увидел свою левую кисть и… не понял, что с ней случилось. Она была совершенно серой, почти чёрной, без единого проблеска нормального цвета, словно в перчатке. Мне стало страшно, и я присмотрелся. Поверхность кисти шевелилась... Лучше бы не присматривался! Мне стало ещё страшнее, потому что это был слой комаров и мокреца! Не выдержав пытки, я бросил на землю сучки и с силой протёр кисть о штаны. Рука густо испачкалась в крови, но боль всё же уменьшилась. Подхватив охапку палок, я пошёл дальше. Всё тело словно огнем жгло. Едва распалив костёр, я тут же разделся и полез в Тунгуску - гасить пожар. Ледяная вода успокаивала мгновенно. Я погружался по самые ноздри и блаженствовал так с полминуты. Конечно, студеная вода сводит ноги судорогой... Но! какое же это наслаждение: осознавать, что в это время тебя никто... никто! не кусает! Вот истинное блаженство. Холод не тётка. Выскакиваю, слегка посиневший, и бегом к костру, в самый дым. Но самый голодный гнус даже там кусается, дрянь этакая.
Однажды Костя нашел на берегу несколько сухих корешков, и дёрнул же его чёрт за язык неосторожно заметить:
- Оказывается, за дровами не так уж и трудно ходить.
- Как раз сегодня твоя очередь идти за дровами. А также разводить костёр и варить ужин. Две недели этим занимался я, теперь и ты попробуй. А я пойду на рыбалку!
Отгрёб от берега на полсотни метров... мало, отгрёб вообще до другого берега и закинул удочку. Почему-то не клевало, но меня это не огорчало. Между тем Костя, завершив свои личные дела, отправился к кромке леса за дровами. Вернулся он избыточно скоро... Он заполошно бежал от тайги, спотыкаясь, бестолково размахивая руками. Потом забился в палатку и не двигался там. Живой ли? Через полчаса палатка зашевелилась, хотя ветра не наблюдалось. Значит, живой... Но готовить ужин Костя явно не собирался. Ладно. Я тихо причалил, вытащил байдарку на берег, сходил за дровами, разжёг костёр, сварил ужин и позвал товарища. Хотя я крикнул "Костя, иди есть тушёнку с макаронами!", в голосе явственно прозвучало "прости негодяя".
Костя выполз из палатки. С трудом я узнал его... Он опух и расчесал себе лицо и руки. Его конечности как-то нервно и непроизвольно вздрагивали. Но самое ужасное впечатление оставили его глаза. Былая искорка в его взгляде потухла. Такой убийственный взор бывает у людей, узнавших о неизлечимости своей болезни... Медленно Костя приблизился к костру, молча взял протянутую тарелку и в гнетущем молчании принялся есть.
Наконец, он судорожно вздохнул, и стало видно, что он был в истерике и плакал. Кровь и слезы, смешавшись, давно высохли в его щетине,
- Вот что, Миша, - медленно и твёрдо произнес Костя, - твое счастье, что ты был на том берегу, когда я вернулся. Я бы полез в драку... Нет, я тебя уважаю и ценю твою дружбу, но я был в таком состоянии... Я никогда не испытывал такого, такого ужаса… - тут его глаза даже расширились, - и, в общем, как бы тебе сказать... Если ты не хочешь, чтобы я стал мизантропом, не посылай меня больше за дровами!
- Ну хорошо, - согласился я, - тебе чаю налить?..
Костя легко отделался. По правде сказать, я опасался, что он навсегда разучится смеяться и улыбаться. Ничего, на следующее утро он уже бодро шутил и рассказывал анекдоты. На сердце у меня отлегло.
Остановились на плоском острове напротив места впадения довольно большой реки Кондормо. Явно рыбное место. Костя азартно забрасывает удочку и тащит одну рыбину за другой. Я же отправился на другую охоту - за камнями. Ох, богата Эвенкия самоцветами! Сюда стоило приехать только ради камней! Кварциты, яшма, разнообразные агаты: иризирующий, облачный, яшмовый, пейзажный! Особенно приятно собирать сердолики, хризопразы и гелиотропы  - разновидности халцедона. Идёшь по отмели против солнца, под ногами сёро-коричневая масса... и вдруг впереди как сверкнёт огонёк! Точно малое солнышко! Возьмёшь в руку, а он словно живой… Тёплый и светится. Причём свет внутри камня играет только при контровом освещении. Внутри некоторых сердоликов просвечивает тонкий и нежный рисунок, а иногда среди медовой желтизны тревожно разливается рубиновое или вовсе кровавое пятно… В тот вечер я нашёл большой сердолик с изумрудными окружностями внутри. Костя приволок свою добычу: полный котелок рыбы. Чешуя хариуса отливает в солнечных лучах всеми цветами радуги, не хуже моих камушков!
Косте не дает покоя огромный таймень, который время от времени с пушечным грохотом лупит тяжелый хвостом по воде. Гул от такого удара отдается эхoм от каменного утеса. Вытащить бы такую махину! Но для тайменя нужна особо прочная леска, такой у нас не было.

В лесу

С продуктами напряжёнка. В посёлке удалось купить только пакет подмоченных конфет. Нам посоветовали найти в Кочумдеке  тётку Перепетуйю, она, дескать, гостеприимная, что-нибудь даст.
Костя глаза вытаращил:
- Перепетуйя! Какое имя! А название поселка! Если мы найдем эту женщину, очерк можно будет назвать "Перепетуйя из Кочумдеки"... Вот она где, сермяжная романтика-то! Живая Перепетуйя!
Однако встретиться с обладательницей прелестного имени нам не довелось - середина июля, все на покосе. Но посёлки староверов нам понравились. Дома все прочные, из толстой лиственницы или кедра, все постройки добротные, как у Собакевича из "Мёртвых душ". Староверы ведут почти что натуральное хозяйство, покупают лишь муку, соль, бензин и некоторые мелочи. Лодки до сих пор делают деревянные, причём очень быстро и ловко. Староверы отличаются истинно сибирским здоровьем, старики даже в 90 лет не отлынивают от работы. Здоровый образ жизни!
…Утром погода пасмурная, но без дождя. Судя по отмелям, уровень воды сильно упал. О, что сейчас творится на Семивёрстном пороге?.. Настраиваю себя с того момента, как проснулся. Шивера Уксиктэ. Шивера Огнё. Всё, скорость течения резко возросла. Через два километра начнется...
К прохождению Семивёрстного мы готовились особенно тщательно. Байдарку привели в полный порядок, все вещи укрепили так, чтобы они не сдвинулись с места при кренах и ударах. Натянули фартук, чтобы не осталось щелей. Оба весла я, на всякий случай, привязал к шпангоутам крепкими шнурами. Вдруг весло из рук выбьет? Оно не утонет, но где его в бурунах искать? Подготовил морально Костю, а заодно и себя…
Порог я решил проходить без разведки... Шум Семивёрстного слышен издали. На месте верхнего слива Тунгуска круто поворачивает направо. Где же лучше проходить? Вроде бы на середине наибольшая глубина... Я направил байдарку в центр белеющей полоски бурунов. Но нарастающий грохот падающей воды значительно превосходил то, что мы слышали на порогах Мучной и Дедушка. Поразмыслив, я взял левее. Рассуждал так: в случае оверкиля или иной аварии наши тела центробежной силой выбросит на левый берег...
- Костя! Не вздумай шелохнуться! - отдаю последние распоряжения. - Прямо сиди, что бы ни случилось.
- Понял! - Костя побледнел и напрягся. Как же расслабить его … Через полминуты кричать будет бесполезно. И само собой родилось:
- Банзай,  ромалэ!…
Костя одобрительно захохотал. В экстремальных ситуациях важна психологическая подготовка. Полная концентрация внимания. Все посторонние мысли улетучиваются начисто. Остается только порог... Прохождение порога дает редкостные, мало с чем сравнимые ощущения...
Абсолютная сосредоточенность. Наша скорость уже около десяти метров в секунду. Но организм готов мгновенно отреагировать на опасность. Сердце работает на полную мощность, нервы натянуты. Валы совсем рядом, из-за шума невозможно разговаривать. Не удерживая «Гигу», подгребаю потихоньку вперёд. Грозный рокот заполонил небо. Пенистые валы настолько высоки, что дальше них ничего и не видно. Холодные брызги попадают в лицо. Первые торчащие скалы справа и слева мы благополучно миновали. Врезаемся носом в водяной горб, я толкаю веслом, и мы поднимаемся на вершину вала. В следующую секунду мы уже устремляемся вниз, но путь я успел рассмотреть. Сам же порог представляет собой ужасающее зрелище: сплошная белая пена с торчащими из неё острыми зубьями скал. Тянется это удовольствие чуть ли не на километр... Перед нами все новые встречные валы. Важно входить в них под возможно более прямым углом. Иначе сразу развернёт и опрокинет. Наклон русла становится ещё круче! Могучая река с чудовищным рёвом бьётся среди скал, поднимая валы в человеческий рост. Бешено мчимся среди пенных струй, лихорадочно уворачиваясь от неожиданно возникающих на курсе камней. Нашу скорость я оцениваю до 15 метров в секунду, иногда до 20. Байдарку швыряет, как скорлупку! Но пока она хорошо слушается управления. Только бы удержать её! Не зацепиться бы за камень! Не позволить волнам развернуть нас поперёк потока!
Скатываемся с водяной горы в беснующуюся пену. Хрясь! Есть пробоина, в байдарку поступает вода. Слева камень, справа вал! Маневр. Справа камень, слева вал! Вывернул. Могучий вал нас обоих накрыл с головой. Вода в ушах, в глазах, в носу... Правильно ли плывём?! Кувыркаемся среди таких высоких волн, что даже берегов не видно. Вдруг вижу левый берег пугающе близко, нас прижало-таки к нему центробежной силой. А вдоль берега сплошные щербатые зубы торчат из воды! Как-то удалось отодвинуться от опасного места. Мы задеваем носом торчащую скалу, и нас тут же разворачивает. Если встанем боком – конец. Упираюсь веслом изо всех сил, вода кажется плотным киселем. Кажется, сейчас весло согнется… Проскочили! Но куда мы падаем? Удар! Бедная «Гига»! Ещё удар!
Чувствую, что внутри судна что-то лопается... Но мы плывём строго носом вперёд! Хотя в котле с кипящей водой трудно понять - где верх, а где низ. По времени верхний слив должен уже кончится. Верно - впереди шум слабее, чем за спиной.
Преодолеваем последнею полосу бурунов  и... оба вскрикиваем... Перед нами широкий слив, такой глубокий, что верхушек следующих бурунов не видно. Водопад?! Обходить поздно!
-  Посередине, боком!
И мы провалились. Что внизу?! Только бы не скала! Повезло, под байдаркой была вода. Удар пришелся равномерно по всему днищу. Его сила была такова, что моё деревянное сидение лопнуло. И сразу тишина. Верхний слив позади, нас несет по пологим волнам.
- Не знаю, у кого как, - оборачивается довольный Костя, - а подо мной дно есть!..
Быстро определяем повреждения байдарки: погнулись стрингеры и привальные брусья с правого борта, деформировался третий шпангоут, левый передний фальшборт оторвало вообще напрочь. В оболочке есть пробоины, но не очень большие.
Кружками мы вычерпали воду. Перед нами уже ревели буруны среднего слива...
Порог нас словно глотает. Вокруг белый ад. Ощущение великолепное. Весло, байдарка и порог, больше ничего не существует. Суровый нрав у Семивёрстного, свирепый характер. Но, если противопоставить ему дерзость и хорошую реакцию - плыть можно! Мы балансируем на грани. На той самой, где "можно понять многое" - именно об этом писал Месснер. Мышцы наливаются удивительной силой. Тело торжествует. Дух блаженствует. Беспредельный грохот царит во Вселенной. Весь мир состоит из неистовой белой пены. Скорость! И вдруг удар в нос. Фонтан адреналина.
- Камень, блин! - запоздало орёт Костя.
- Вижу, блин!
Нас моментально разворачивает, происходит самое страшное: мы входим в чудовищный слив, кренясь под опасным углом. Это смерть. Ну, уж дудки!! Не так-то просто Мишку взять! Одним предельно сильным гребком я оттаскиваю корму назад, мне показалось, что сейчас сухожилие лопнет. На долю секунды замедлил наше падение. Уже в полете успеваю взмахнуть веслом ещё раз - и нос байдарки скрылся в пене. Я продолжал бороться и внутри ослепляющей пены, чувствуя «Гигу» всем телом. Мы на границе небытия. Время замедлило свой бег. Следующий вал встает перед нами молчаливой стеной. Да, секунда растянулась во времени, и звуки исчезли. Я снова попал в новый мир, он оказался безмолвным.
Клочья пены плавно летят по воздуху. Костя окаменел. Мы как в замедленном кино. Байдарка по сантиметру выходит из предыдущего вала, жутко накренясь, почти на боку, и я отчётливо понимаю: чтобы предотвратить оверкиль, нужно опереться о воду. Упираюсь веслом. Поверхность воды как студень! Продолжаю давить вечность, вложив все силы в этот бесконечный толчок. И при дальнейшем движении байдарка постепенно выравнивается, встаёт на дно, и нос уже таранит следующий вал, пусть под острым углом, сейчас я его выровняю...
Сила порога колоссальна. Звук пробился сквозь вату, и сумасшедший рёв оглушает. Кругом только безумный хаос.
Навстречу из рыхлой пены вдруг вырастают один за другим хищные зубы, но мы каждый раз успеваем отвернуть. Ну, кто кого? И мощь порога иссякает, а мы ещё на взводе, полны энергии и рвёмся в бой. Перед нами опять полоса белых бурунов, это нижний слив. Подойдя ближе, увидели, что левый край вообще спокоен, и мы свернули туда. На последний слив Семивёрстного мы смотрели как бы со стороны. Порог кипит, беснуется в слепой ярости, а мы рядом спокойно плывем…
- Отбой тревоги!
- Я сам понял! - откликается Костя. Вид у него ещё напуганный, губы прыгают, пальцы трясутся, но меняется прямо на глазах. Улыбается. Правда, пока ещё криво... Всё в порядке. Мы начинаем хохотать, вспоминая какие-то детали. Это реакция на нервное напряжение.
- Как ты выражался, Костян, такого я от тебя ещё не слышал: блин, блин!
- Так и ты мне блинами отвечал! Да, интеллигентные люди всегда поймут друг друга!
Жизнерадостный смех горошинами катится по Тунгуске...
- Зачем же я вчера штаны сушил? - гогочет Костя. - Совершенно мокрые! Впредь будет наука. А знаешь, я уже второй день подражаю Ньютону!
- Видишь далеко вперёд? Хочешь взгромоздиться на мои плечи? Или ждёшь, пока на голову яблоко упадет? В чём выражается твоё подражание? 
- Я открываю и формулирую новые законы физики. Например, только что я вывел следствие из теоремы Пифагора: мокрые штаны на все стороны холодны! Теперь слушай закон несообщающихся сосудов: если вода налилась в один сапог, то второй ноге не так уж и холодно! Подверг я серьёзной критике и второе начало термодинамики. Поскольку энтропия возрастает, нам, значит, грозит тепловая смерть! Нет, сейчас я уверен в обратном! Какая, к чертям, тепловая смерть, когда я весь синий и в пупырышках?!
Миновали речку Хагдаткан, через километр увидели избу. Костя переоделся в сухое и заметно оживился.
- Хагдан... Хагдата… Хам... Хагда… ткан! Мишка, мне удалось выговорить! Может,  я уже и лицом на эвенка похож?
С утра было тихо. Только сели в байдарку - встречный ветер. Ну и порядки тут… Пасмурно. Вода в Тунгуске давно остыла. А сама река расширилась, раздалась за счет множества впадавших речек и ручейков. Ух, простор! Слева вливается река Вельмо - это один из крупнейших притоков. Недалеко, километров пять вверх по течению расположен поселок староверов Верный. Ночуем возле ручья Сохатиный

Хрупкое равновесие

Порог Вельминский прост и незатейлив.
Мы ещё не добрались до устья Подкаменной Тунгуски, а я насобирал уже почти ведро самоцветов. Искать их так же приятно, как и грибы. Кстати, грибы здесь достигают огромных размеров - тремя обабками сыт будешь...
- Утонем мы из-за твоих камней! - ворчит Костя, - это же килограммов тридцать! Ты же их не утащишь! Упадёшь!
- Упаду, - соглашаюсь, - но не брошу!
Продуктов не хватало. Вместо хлеба мы варили клецки: добавляли в муку воду, катали из получившейся массы шарики и бросали их в кипяток. Ели промокшие конфеты, черпали ложкой, сосредоточенно жевали, а бумажный комок потом выплевывали.
- Романтика! - неуместно радовался Костя.
Должное впечатление произвела на Костю Каменная стрелка.
Скалы Урочища Щеки отличаются от расположенных выше: они более основательнее. На одном берегу - натуральная колоннада, на другом – башни и минареты. Словно множество растопыренных пальцев указывали на низкое небо. Ошеломленный Костя и думать забыл про укусы, вертелся во все стороны и показывал рукой, словно я сам не видел:
- А! - кричал он в восторге. - О! А там!
От избытка чувств он не мог даже выражаться связно и сыпал междометиями. Утёсы отличались от весенних. Густая, непроницаемая зелень тайги скрыла нижнюю часть скал, они от этого стали чуть пониже, зато света стало больше. Скалы поражали разнообразием. Мы видели настоящие крепостные валы с бойницами, развалины древних замков, изящные башни...
- Запоминай, Костян, красоту - больше скал не будет.
- Как хочется забрать с собой эту прелесть! Хоть на фотографиях, хоть в памяти... Я только сейчас понял, как нам повезло: увидеть такое, проникнуться, почувствовать единство с природой.
В общей сложности за три недели мы прошли весь намеченный маршрут и пересекли Енисей. Чуть ниже устья на левом берегу расположился посёлок Бор.

Уютно в тайге

Пока мы сушили байдарку и упаковывали рюкзаки, нас окружили рыбаки и прочие любопытствующие.
- Откуда приплыли? Что, с Байкита? Да будет врать-то! А как же пороги? Что, на такой лодке через пороги? И через Семивёрстный?! Ну ты, парень, загнул! Сразу ясно, что не видал ты порога Семивёрстного! Видал бы - не стал бы врать! Так откуда же вы?..
На следующий день мы сели на "Ракету" и добрались до Енисейска.
- Ну что, Костян, хочешь ещё раз сплавиться по Подкаменной?
- С одним условием, если за дровами будешь ходить ты… Но, если ты и не пригласишь меня, я не обижусь. Впечатлений от этого похода мне хватит на долгие годы. Слушай, а ты что, так и не выбросил свой чудовищный агат?
- Дотащил...
Этот агат долгое время был украшением моей коллекции минералов. Доведётся ли ещё побывать на Подкаменной? Я и сам не знал. На слайдах у меня была запечатлена чуть ли не каждая скала... Но, как раз во время работы над этим очерком мою квартиру обворовали и подожгли. Сгорело все напрочь: все слайды и фотографии, все карты и дневники. Исчез и уникальный агат. Так что вопрос решился сам собой. Жди меня, Подкаменная Тунгуска!

Чистейшая вода

Другие главы из этой книжки:
http://numach.livejournal.com/52648.html - Охота на шатуна (1979 г)
http://numach.livejournal.com/72618.html - Предтеча (1984 г)
http://numach.livejournal.com/73053.html - Начало жизни (1985 г)
http://numach.livejournal.com/73937.html - Схватка за ведро (1985 г)
http://numach.livejournal.com/74087.html - В закрытой зоне (1986 г)
http://numach.livejournal.com/75155.html - На медведя с тазиком (1986 г)
http://numach.livejournal.com/77211.html - Столбисты (1986 г)
http://numach.livejournal.com/80781.html - Ужасы рая (1986 г)
http://numach.livejournal.com/81152.html - Жареные гвозди (1987 г)
http://numach.livejournal.com/82058.html - Спелеосекция (1987 г)
http://numach.livejournal.com/82280.html - Нормальные и мы (1987 г)
http://numach.livejournal.com/82482.html - Кошмарный Слоник (1987 г)
http://numach.livejournal.com/83579.html - Рейд КСО (1987 г)
http://numach.livejournal.com/83754.html - Встреча с Летающим крокодилом (1987 г)
http://numach.livejournal.com/90538.html - Кубинка (1987 г)
http://numach.livejournal.com/94385.html - Охота пуще неволи (1987 г)
http://numach.livejournal.com/95589.html - Зверева (1985-91 гг)
http://numach.livejournal.com/96187.html - Очкарик (1985-89 гг)
http://numach.livejournal.com/98936.html - Сиенит (1986-1992 гг)
http://numach.livejournal.com/100710.html - Зуб за зуб (1987 г)
http://numach.livejournal.com/101472.html - Случай в Леушинском (1987 г)
http://numach.livejournal.com/161102.html - Экзамен на Чёрной Сопке (1987 г)
http://numach.livejournal.com/162209.html - Знаменитый гак, а китайцы в холодильнике (1987 г) 1 часть
http://numach.livejournal.com/163084.html - Знаменитый гак, а китайцы в холодильнике (1987 г) 2 часть
http://numach.livejournal.com/1218740.html - Куски шампанского (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1221611.html - Не моргнув глазом (1988 г)
https://numach.livejournal.com/2199586.html - Шнуроманы (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1225817.html - Китайцы с чайником (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1230486.html - Всё-таки она визжит! (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1779890.html - В западне (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1780073.html - Неугомонные (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1780557.html - Месть Белого Спелеолога (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1780977.html - Искатели приключений (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1783453.html - Июль - месяц больших снегов (1988 г)
http://numach.livejournal.com/1783727.html - Титаник (1989 г) 1-я часть
http://numach.livejournal.com/1784132.html - Титаник (1989 г) 2-я часть
http://numach.livejournal.com/1787873.html - Кровавое солнце (1989 г)
http://numach.livejournal.com/1787924.html - Плохость (1989 г) 1-я часть
http://numach.livejournal.com/1788205.html - Плохость (1989 г) 2-я часть
http://numach.livejournal.com/1788486.html - Плохость (1989 г) 3-я часть
http://numach.livejournal.com/1788763.html - Полуночники (1990 г) 1-я часть
http://numach.livejournal.com/1789146.html - Полуночники (1990 г) 2-я часть
http://numach.livejournal.com/1789228.html - Полуночники (1990 г) 3-я часть
http://numach.livejournal.com/1789609.html - Французский (1990 г) 1-я часть
http://numach.livejournal.com/1789950.html - Французский (1990 г) 2-я часть
http://numach.livejournal.com/1790159.html - Французский (1990 г) 3-я часть
https://numach.livejournal.com/2199872.html - Когда час больше года (1990 г)
https://numach.livejournal.com/2200328.html - Пятеро индейцев (1990 г)
https://numach.livejournal.com/2201400.html - Ради нескольких строчек в газете (1990 г)
https://numach.livejournal.com/2200702.html - Через тернии к Звёздному (1991 г) 1-я часть
https://numach.livejournal.com/2200877.html - Через тернии к Звёздному (1991 г) 2-я часть
https://numach.livejournal.com/2201105.html - Мечта по вертикали (1991 г)
https://numach.livejournal.com/2201707.html - Стриптиз на отвесе (1991 г)
https://numach.livejournal.com/2202493.html - В пещеру с собакой (1991 г)
https://numach.livejournal.com/2202867.html - Контрасты (1992 г)
https://numach.livejournal.com/2203166.html - Синяя Гусеница и Белый Слон (1992 г)
https://numach.livejournal.com/2203440.html - Ванаваре нужен щебень (1993 г) 1-я часть
https://numach.livejournal.com/2203728.html - Ванаваре нужен щебень (1993 г) 2-я часть
https://numach.livejournal.com/2204150.html - Ванаваре нужен щебень (1993 г) 3-я часть
https://numach.livejournal.com/2204644.html - Через пороги Подкаменной Тунгуски (1993 г) 1-я часть

Тайга

Продолжения будут



Tags: Мечта по вертикали, Сибирь
Subscribe
promo numach february 5, 2018 13:19 16
Buy for 100 tokens
Как показывает практика, многие хотят своими глазами увидеть парадоксальную Параболу. Давайте, подробно разберём варианты, каким образом это возможно. Парабола - это уникальная скала фантастической формы, находится на берегу озера Художников, в Ергаках. То есть, вам нужно попасть на озеро…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments